– Анюта в курсе, я ей рассказала. Ты намекала на какую-то идею?
– Вроде того. Рассуждаем по порядку. Мамин портрет в наладонниике у каждого жителя «островов», но в полиции до сих пор никаких сведений, в течение недели ее никто не видел. Чип по-прежнему не регистрится. Значит, она исчезла. Причем, скорее всего, еще в прошлый понедельник. Теперь она или очень далеко, или…
– Не или. – Быстро перебила Камиля, – эту версию мы не рассматриваем.
– Хорошо. Итак, как она могла оказаться далеко? Уйти из города некуда, вокруг леса. Остается одно. Улететь. Вчера папа общался со всеми сотрудниками, но не акцентировал внимание на охране. А она, между прочим, меняется через сутки. В том числе и на вертолетной площадке.
– Хочешь сказать, тот, кто дежурил в прошлый понедельник на этой неделе выйдет на работу во вторник. То есть сегодня.
– Именно.
– Гениально. Только ведь… о пропавшем вертолете в мастерской давно бы знали?
– Разумеется. Речь не об этом. Просто на парковке дежурит и дежурил в прошлый понедельник Мишенька-небо.
– О, а вот это удачно, – кивнула Шоста.
– Не то слово.
Смехнянка перевела недоумевающий взгляд с одной подруги на другую.
– Но где, если не там, твоя мама взяла вертолет?
– На нашем «острове» я знаю только одного человека, который не включает наладонник, не следит за новостями и единолично владеет вертолетом.
– Бабушка Римма, – выдохнули в один голос Камиля и Аня, – она не пользуется наладонником с тех пор, как погиб Витька!
– А его вертолет до сих пор хранился у нее на задворках.
– Бежим! – Шоста одним глотком выхлебала чай.
С лавочки у стены собственного дома бабушка Римма, высокая костистая старуха, неодобрительно следила за несущейся по узкому переулку троицей:
– Что мчитесь, как на пожар? Или натворили чего?
– Ничего не натворили. Бабушка Римма, мы к вам.
– Что за нужда?
– У Юсти мама пропала.
– Варвара? Как пропала?
– Вот так. Пропала. Никто не знает, где она.
– Я знаю. По работе полетела. У них там лишнего вертолета не нашлось, так она мой попросила. Все равно после Витюши остался, без дела стоял… я и дала.
– Когда это было, бабушка?
– Когда? Да в прошлый понедельник, часов около пяти.
– В какую сторону она полетела? Вы ее больше не видели? Когда она вернется? – хором выпалили девчонки.
– Вот скворчата! Не видела, хотя пора бы ей уже и вернуться. А полетела во-он туда, на восток.
Ой ли? В той стороне дремучая, безлюдная чащоба, и где она заканчиваются, неизвестно. А вот на юго-западе… на юго-западе возвышается таинственный и далекий зиккурат.
– Бабушка Римма, – чуть заикаясь от волнения, уточнила Юстина, – что-то подзабыла, какого цвета ваш вертолет?
– Синий такой, с оранжевым. Витя сам раскрашивал, говорил, так веселее.
– Спасибо, бабушка, – Юстина потянула подружек прочь, – вот теперь нам на парковку.
– Зачем? – удивилась на бегу Смехнянка.
– Забыла, чем Мишка развлекается в свободное время?
– Е-мое! Точно! – Аня хлопнула себя по лбу.
Миша по обыкновению загорал. То есть, подсунув огромные лапищи под шишковатый стриженый затылок, валялся на куске брезента и пялился в небо. Ничего интересного, кроме пухлявых облаков, туч да редких птичьих стай там не показывали, но он все равно смотрел. День за днем. Казалось бы, читай – не хочу, но парень ленился. Пить на работе ему строго воспрещалось, на навороченный наладонник с игрушками горе-охранник не заработал, а больше заняться на посту было нечем. Только проверять наличие правильно оформленных на вылет бумаг.
– Миш, привет!
– Привет, мелюзга, – он приподнялся и оперся на локоть, заслоняясь другой рукой от солнца.
– Не простынешь? Чай не лето.
– Неа, у меня тама войлок, – парень хозяйственным жестом похлопал по брезенту. – Юстька, а я чего слышал! У тебя мамка никак запропала?
– Да. Миш, скажи, ты ее в прошлый понедельник случайно не видел?
– Неа.
– А Витькин вертолет?
– Витькин? Витькин, кажись, пролетал. Баба Римма его изредка пацанью дает. Чтобы не застаивался.
– Миш, вспомни, пожалуйста, куда он направлялся?
На лице охранника отразилась непривычно-напряженная работа мысли.
– Сначала на юго-восток. Его с полчаса наверно не было. Затем мелькнул еще раз, у самого горизонта и на юго-запад ушел. И… все. Не помню, чтобы он возвращался-то, – парень поскреб за ухом и сделался похож на озадаченного барбоса.
– Мишка, ты супер! – Юстина благодарно улыбнулась. – Что бы мы без тебя делали?
– Погодите, а чего…
– Все, мы побежали, пока! – поспешно перебила Смехнянка – давать объяснения в планы подружек никак не входило.
– Она что, к зиккурату полетела? Одна?! Но зачем? – отдышавшись после марш-броска воскликнула Камиля.
– Вот это мы и попытаемся выяснить, – задумчиво протянула Юстина. – Как и то, почему она до сих пор не вернулась. Туда лету от силы минут пятнадцать.
– Куда мы теперь?
– А как ты думаешь?
– Что?! В зиккурат? Пешком? С ума сошла?!
– А есть выбор? Нам еще нет шестнадцати, вертолет никто не доверит.
– Может, привлечь твоего отца?
– Ни за что. Он утром заявил, что справится без меня. Вот и пусть справляется.
– Юстя, не тот случай, – рассудительно заметила Камиля, – давай ему расскажем.
– Что мы, сами не доберемся?! Ходу часа два.
– Три. В лучшем случае.
– Хорошо, три. Но ведь по городу.
– Ладно, – Камиля с неодобрением покачала головой. – Когда выходим?
– Перекусим, сообщим предкам, что будем ночевать друг у друга и можем двигаться.
– До зиккурата доберемся не раньше семи. А обратно как? Ночью?!
– Будет зависеть от того, что мы там обнаружим.
– Да уж, вряд ли твоя мама полетела осматривать квартиру.
– Девчонки, дурацкий вопрос, но ни у кого нет случайно оружия? Лазерки, или на худой конец ножа?
– Шутишь?! Откуда?
– Зачем в городе оружие?
– В городе ни к чему, – Юстина смущенно замялась, – Только зиккурат не совсем в городе. Он… на другом берегу реки. Но совсем рядом.
– На другом?! Как же мы туда попадем?
– По мосту. Он древний, но еще крепкий.
– А если там, на мосту и за ним, кто-нибудь водится?
– Мама говорила, что нет. Она изучала окрестности. Впрочем, случиться, конечно, может всякое. Правильно. Не надо вам со мной ходить, одна справлюсь.
– С ума сошла?! Конечно, мы тоже пойдем, разговаривать не о чем. А оружие и правда бы не помешало.
– Хотя бы нож.
– А ты умеешь им пользоваться?
– Нет, но ткнуть, если что смогу, – храбро и беспечно заявила Смехнянка.
Юстина посмотрела на нее с сомнением:
– Тогда хорошо бы его захватить.
Камиля заглянула в наладонник, скептически поджала губы:
– Прогноз – облачно. Дождя не обещают, значит, скорее всего, пойдет. Юсть, у тебя отец где?
– Думаю, по-прежнему дома.
– И у меня мама. Ань?..
– Предки должны быть на работе, раньше меня ушли.
– Это я к чему… Если мы затеваемся всерьез, то времени в обрез. Рассиживаться, обсуждать и обедать некогда.
Время действительно поджимало – стрелки приближались к четырем, отправляться следовало немедленно.
– Разумеется, всерьез, – возмущенно фыркнула Аня.
– Окей. Тогда пора собираться и выходить. Сколько мы будем бродяжничать, неизвестно. Так. Нужны рюкзаки, дождевики и еда. Что еще?
– Фонарь не помешает, термос с чаем, – сосредоточенно перечисляла Юстина, – ну и нож все-таки не лишний, если удастся незаметно раздобыть. Анют, сможешь?
– У мамы вряд ли, у нее кухонные наперечет, – задумчиво протянула Смехнянка. – А вот у папы в столе, если я правильно помню, кажется завалялся старинный японский тесак.
– Ань, остальное тоже на тебе. Если мы с Юстей начнем при родителях выносить из квартиры подозрительные предметы… сама понимаешь.
– Понимаю. Значит с меня кроме ножа еще рюкзак, дождевики, термос с чаем и фонарь. Все?
– Может, еще веревку? Как мы на гору полезем?
– Мама говорила, там не гора, а высокий холм. И к зиккурату с набережной ведет дорога.
– Тогда обойдемся, – подвела итог Камиля.
– Все, Анют, давай бегом. А мы с Юстей пока слетаем в магаз за провизией.
– А не поздновато выходим? Может, перенесем на завтрашнее утро?
– Через пятнадцать минут о том, что мы не пришли на занятия станет известно родителям. Через полчаса поднимут тревогу и начнутся поиски. Даже с «острова» уйти не успеем.
– Логично. Значит, сегодня.
Девчонки расстались у Смехнянкиного дома, уговорившись через двадцать минут встретиться возле школы.
Юстина и Шоста разжились пакетом с пирожками, печеньем и бутылкой воды. В ожидании Ани Камиля изучала карту.
– Нам куда-то на юг?
– Скорее на юго-запад.
